![](/images/resized/images/58590e88c36188b3748b464d_200_200.jpg)
19 декабря Россия столкнулась с очередным беспрецедентным вызовом в своих отношениях с Турцией. Никогда раньше российская армия не теряла боевой самолёт вместе с пилотом из-за удара авиации страны-члена НАТО. Это произошло 24 ноября 2015 года в сирийском небе. Никогда раньше российский дипломатический корпус не подвергался такому коварному нападению на территории страны-члена НАТО. Это случилось вчера, в турецкой столице.
Между двумя инцидентами, двумя трагедиями есть кардинальные отличия. Но имеется и одна точка, в которой они, так или иначе, сходятся. Это Сирия, многолетний конфликт в арабской республике, расположенной в самом сердце Ближнего Востока.
Когда в сирийском воздушном пространстве турецкий F-16 сбивал российский Су-24, отношения Москвы и Анкары находились на пике взаимного раздражения. Стараниями известных стран, одинаково близких и России, и Турции, к лету нынешнего года между ними наступила оттепель. Политические контакты на всех уровнях были возобновлены и даже активизированы в том, что затрагивало ситуацию в Сирии.
К 19 декабря Москва и Анкара подошли уже на другом пике своих отношений. У них стало получаться то, что ранее фактически никогда не удавалось — достижение договорённости по Алеппо и её практическая реализация. Эвакуация боевиков с их семьями из сирийского мегаполиса в соседнюю провинцию Идлиб, которая стала возможна исключительно в результате интенсивных переговоров между российскими и турецкими военными и дипломатами, показала, что Москва и Анкара могут договариваться даже в Сирии.
За убийством посла Андрея Карлова незамедлительно появились разного рода конспирологические версии. Они заслуживают внимания хотя бы в силу того факта, что убийца был ликвидирован на месте, стреляли, что называется, на убой и наверняка. Более того, как можно понять из размещённых в сети кадров, его и не пытались взять живым. Злоумышленник лишь успел выкрикнуть лозунги об Алеппо и Сирии, из которых можно понять, что убийством российского посла он «мстил» за действия и политику Москвы в этой стране.
Действовал ли он в одиночку или за ним стояли люди, группы лиц, организации? Это один из ключевых на сегодня вопросов, достоверный ответ на который в обозримой перспективе едва ли будет получен.
Но одно всё же неоспоримо. Беспрецедентная потеря для российской дипломатии последовала именно на точке заработавшей с неимоверным трудом российско-турецкой договорённости по Алеппо. На определённом этапе к ней даже подключился Иран, когда потребовалось его вмешательство в ситуацию вокруг вопроса эвакуации из Алеппо. К вывозу ополченцев и мирных жителей из двух шиитских посёлков Фуа и Кефрайя в провинции Идлиб, где безраздельно правят разного рода джихадисты, подключилась иранская дипломатия.
Таким образом, к 20 декабря, на которое в Москве была запланирована трёхсторонняя встреча глав МИД России, Турции и Ирана, наметилась тревожная для некоторых внешних игроков в Сирии геополитическая тенденция. Согласно ей, Москва, Анкара и Тегеран нашли точку опоры в Алеппо, дабы окончательно «разрулить» там ситуацию.
Подобный поворот на военно-политической и дипломатической карте сирийского конфликта явно не всем по душе. По муссируемым в западной прессе данным «посвящённых источников», сегодня в российской столице ожидалось даже заключение «трёхстороннего альянса» России, Турции и Ирана по «будущему Сирии». Упоминалась некая «секретная сделка» трёх стран, в эпицентре которой находился сирийский Алеппо. За бортом и «альянса», и заложенной в его основание «сделки» оставались, прежде всего, США и Саудовская Аравия.
Делать из этого далеко идущие выводы, связывая в один узел убийство российского посла в турецкой столице и совместный американо-саудовский интерес по недопущению вышеуказанного «альянса», очевидно, пока преждевременно. Но в этом есть свой смысл, ибо крен Анкары в сторону Москвы и Тегерана стал принимать опасный для Вашингтона и Эр-Рияда масштаб. С этим надо было что-то делать, и, желательно, в самые сжатые сроки, пока в Белом доме не появился новый хозяин со своей администрацией.
Перед «ударом в спину» 24 ноября 2015 года в Москве преобладали надежды на то, что Турция является предсказуемым партнером в отношениях с Россией. Затем пришло осознание ошибочности предыдущих оценок. Ближе к минувшему лету доверие к Анкаре стало восстанавливаться, чему способствовала неудавшаяся попытка военного переворота в Турции в середине июля. Однако до сих пор не придаётся должного значения одному крайне важному фактору. «Предсказуемость» Турции имеет свои лимиты, и последние определяются действиями тех же Соединённых Штатов и, отчасти, арабских партнёров Анкары в Персидском заливе.
Нынешняя Турция — типичный «колосс на глиняных ногах». Государство с зашкаливающим уровнем внешнеполитических амбиций, но при этом с фундаментальным дефицитом внутренней безопасности. Война с курдами на собственном юго-востоке и на севере Сирии, нескончаемая череда террористических актов в турецких городах, репрессии против внутриполитических оппонентов, военные интервенции в Сирии (операция «Щит Евфрата») и Ираке. В сумме получается уязвимая для любых внешних манипуляций Турция, власти которой утверждают о полном контроле ситуации, но в реальности просто физически не успевают на всех «фронтах».
Турецкие власти продолжают во всём искать свою выгоду, в упор не признавая подверженность системным сбоям. Вот и в этот раз все стрелки стараются перевести на проживающего в США престарелого богослова-оппозиционера Фетхуллаха Гюлена с его «террористической организацией». Между тем, найти сейчас в Турции экзальтированного радикала, вложить ему в руки пистолет и в уста выкрики «помните Алеппо» не составляет особого труда для любой зарубежной разведки или экстремистской организации.
Убийство российского посла стало наглядной иллюстрацией одной непреложной геополитической истины. Любое предметное сближение России и Турции, тем более, при заинтересованном участии Ирана, будет пресекаться США и некоторыми ближневосточными силами всеми доступными средствами. Строить с такой Турцией долгосрочные планы, выходить на формирование региональных альянсов чревато болезненными разочарованиями. Турция остаётся в НАТО, и этим многое сказано. Впрочем, это не исключает, а, напротив, способствует включению России в борьбу на турецком политическом ландшафте. Помимо прочего, Москва вправе рассчитывать и даже требовать от Анкары компенсации за понесённые потери, которых с осени прошлого года накопилось непозволительно много.